Аннотации воркшопов 7й нарративной конференции


Ниже мы приводим подробное описание воркшопов конференции. Вы также можете их скачать здесь.

Подробное расписание конференции (скачать).

Видео с конференции в открытом доступе выложено здесь.

 

Нарративный дневник? Онлайн? В группе? Как это возможно и что от этого бывает.

Дарья Кутузова, Ирина Шабловская, Мария Несмеева и Владимир Мохов

На этой конференции мы хотим представить вашему вниманию проект, которым мы занимались последний год. Дарья разработала методику ведения нарративного структурированного дневника (ставшую известной под названием «Шестнадцать тем»), а также методику онлайн-сопровождения (фасилитации) групповой работы с ней. С октября 2013 года в онлайн-группах по «Шестнадцати темам» приняли участие более 300 человек.

На нашем мастер-классе мы расскажем о шести этапах-итерациях, из которых состоит методика, о задачах выстраивания предпочитаемых историй и укрепления авторской позиции по отношению к собственной жизни, решаемых в каждой итерации (описание зоны актуального развития и зоны ближайшего развития, исследование связи действий с интенциональными категориями идентичности, выстраивание истории предпочитаемых умений из прошлого через настоящее в будущее, идентификация культурных предписаний и их контекстов, экстернализация проблем, сочувствующее свидетельствование собственной истории).

У участников мастер-класса будет возможность попробовать на себе (в блиц-формате) задание первой итерации. Мы покажем и расскажем, в чем суть работы фасилитатора, каких навыков и умений она требует, и как она влияет на нас самих.

Но это не всё :) Всякий раз, встречаясь с новой методикой работы, тем более, если мы придумали ее сами, мы задумываемся о том, каким образом мы можем узнать, действительно ли она эффективна. Более трехсот участников онлайн-проекта породили несколько сотен текстов-откликов, и мы сейчас начали исследовать их посредством подсчета слов и выражений, относящихся к разным словарным категориям, которые являются  маркерами терапевтических изменений. На конференции мы представим результаты пилотного исследования. Наши гипотезы состоят в том, что возможно выделить характерный профиль психологического благополучия на основе показателей соотношения количества слов и выражений, относящихся к разным категориям, и что при выполнении заданий методики «Шестнадцать тем» происходит значимое изменение показателей соотношения слов и выражений, относящихся к разным категориям. 

Скачать презентацию: Нарративный дневник online

Мастер-класс «Метафорические карты в нарративной практике».

Оля Златогорская

Метафорические карты – широко известный инструмент работы психолога и психотерапевта. Их используют и в групповой работе, и в индивидуальном консультировании. В нарративной работе с их помощью можно решить ряд задач:

1. Помощь в экстернализации. Начинающие нарративные практики часто сталкиваются с тем, что попытка экстернализовать проблему наталкивается на непонимание клиента: «что значит – как выглядит алкоголизм? Никак он не выглядит, это болезнь» — и так далее. Метафорическаие карты позволяют обойти это затруднение.

2. Помощь в пересочинении истории.

Карты можно использовать как «якоря» истории – как в карте развития уникального эпизода, так и при работе с восстановлением авторской позиции.

3. «Якорение» беседы на картах позволяет найти уникальный эпизод (часто в неожиданном месте).

4. Метафоры Карт позволяют изучать идеи клиента для последующей деконструкции.

5. Карты позволяют пересочинить историю «мимо» сознания – для любителей работать «не через голову».

 

Тонкие места в нарративной практике: сомнения и ответы.

Данила Гуляев

Нарративная практика особое место на ландшафте психологической помощи и социальной работы. С одной строны, это один из многочисленных подходов в психотерапии, со своими особенностями, сильными и слабыми моментами. С другой стороны, он выбивается из традиционного понимания терапии и консультирования – как нетерапия среди терапии. На практике же в нарративном подходе часто работают специалисты, которые находятся в одном коллегиальном поле с представителями традиционных подходов в терапии. Естественно, что НП вызывает много вопросов и сомнений со стороны коллег. Эти вопросы и сомнения могут возникать и у самих нарративных практиков – и к себе, и к выбранному подходу. Иногда вопросы звучат как обесценивание и дисквалификация, что может вызывать смешанные чувства. Но сомнения и критика могут оказаться ценными, если посмотреть на что они указывают – на возможность дальнейшего развития подхода и расширение возможностей помощи.

Как различить критику от непонимания и критику, указывающие на тонкие места?
Как можно уплотнить и насытить тонкие места, чтобы это было полезно для людей?
Какие тонкости наоборот важно оставить, чтобы сохранить ценности и уникальность НП как неэкспертного и невластного подхода?

Предлагаю совместно разобраться!
Мы сможем выделить самые перспективные  тонкие места, наметить возможности их уплотнения и запланировать шаги к их развитию.

Практики Анти-Выгорания или Самопомощь в работе психолога: нарративная перспектива.

Владимир Мохов

Множество психологов, врачей, учителей, социальных работников сталкиваются с разного рода неблагоприятными состояниями, тяжелыми переживаниями, трудностями какого-то иного рода, которые «по всей видимости» вызваны их трудной и специфической работой. Удачно найденное слово – «выгорание», burn-out, – позволившее описать характерные проявления этих трудностей, а затем и механизмы их возникновения, создали вполне себе стройную, но по сути – медицинскую и патологизирующую модель, которой пользуются сейчас во всем мире. Но что это значит – «выгорание» – с точки зрения самих специалистов, изнутри?

Является ли медицинская модель ЭВ полезной для тех, кто не «выгорел», но со специфическими трудностями сталкивается? В чем вообще эти трудности заключаются? Как специалисты их замечают, какие способы справляться с ними используют? Что они не замечают, но стоило бы? На что, какие сферы жизни, и как именно влияют проявления «выгорания»? Какие у них есть «союзники»? И, главное, — какие «противники», что мы можем противопоставить тем трудностям, с которыми сталкиваемся? Что является противоположностью «выгорания»? Можем ли мы сами включить в свою повседневную профессиональную жизнь какие-то способы, позволяющие сдерживать, ограничивать или использовать для пользы дела те влияния, которые потенциально способны привести нас на «дорожки» и «территории» выгорания? Иными словами – можем ли мы посмотреть на ЭВ через призму деконструкции и экстернализации?

Давайте посмотрим. Во время мастер-класса мы сможем обсудить обозначенные выше вопросы и познакомиться с несколькими практиками Анти-выгорания. В качестве опоры мы сможем использовать опыт более 50 участников групп «Самопомощь в работе психолога», специалистов-психологов, имеющих достаточно широкий диапазон стажа работы и области профессиональной деятельности – «рядовых» психотерапевтов, сотрудников специализированных клиник, работающих со смертельно больными пациентами, психологов детских домов. Они делились своим опытом, связанным с профессиональными стрессовыми факторами, неблагоприятными состояниями и способами справляться с ними, а результатом этой работы стала своего рода модель, карта «выгорания» и набор практик и способов, позволяющих самим специалистам работать экологично, заботясь о себе и помогая себе при возникновении проявлений какого бы то ни было неблагополучия.

Скачать презентацию:
Практики Анти-Выгорания или Самопомощь в работе психолога.


Нарративные ответы на социальные вызовы.

Данила Гуляев и Ольга Зотова

Нарративная практика – это не только терапевтическая, но и социально-критическая работа, особо чуткая к  дискриминации и стигматизации людей. Нам важно делать видимыми злоупотребления со стороны доминирующих сообществ и дискурсов, и развивать альтернативы. Сегодня в российском обществе происходит много процессов, которые требуют критической активности. Доминирует формат однородного сплоченного большинства, которое монополизирует «истины» о том, как должны жить люди. Злоупотребления и дискриминация сами по себе стали доминирующим дискурсом. В итоге, многие люди и сообщества оказываются в ситуации давления и притеснения, без права на различия, на авторство в своей жизни.

Приглашаем вас обсудить и исследовать эти темы:

  • Как на эти злободневные вызовы может отвечать нарративное сообщество?
  • Чем мы можем помогать тем, кто «за бортом» и «вне радаров» официоза?
  • Какие уникальные эпизоды и альтернативные истории мы можем создавать в социуме?
  • И как мы можем эти делать как сообщество – какими способами, в каких форматах? Ведущие предложат формат группового обсуждения и создания коллективного документа.

Это не семинар, где есть готовые ответы на поставленные вопросы, а совместный поиск этих ответов и созданий стратегий нарративных ответов на социальные вызовы.

Коллективный документ по результатам обсуждения.


Нестандартные способы и альтернативные решения.

Лиза Новбари и Лена Ремнёва

Когда кто-то произносит слова «частная практика», перед глазами возникает образ: лаконично оформленный кабинет, сертификаты на стенах, подчёркивающие компетентность специалиста, правильно расположенные кресла, поза терапевта – выражающая внимание, и неизменный блокнот в руках. Но совершенно точно, у каждого нарративного практика (и не только нарративного) есть свои уникальные способы привнести что-то своё, приблизить процесс терапии к жизни и современной культуре. Какие нестандартные способы и альтернативные решения для практики находите вы?

Нарративный подход и работа с близкими.

Ольга Герасименко, Валентина Гусева

В рамках многих традиционных терапевтических практик работа с близкими – однозначное табу. Это справедливо для терапевтических практик, в которых такая работа слишком тесно связывается со злоупотреблениями из-за однозначного распределения власти в  терапевтическом взаимодействии. Идея о табуированности кризисного консультирования или психотерапии в отношении близких опирается на определенные представления о консультационном и терапевтическом взаимодействии – в частности, на концепты переноса и сопротивления.

Как мы знаем, нарративная практика не рассматривает перенос и сопротивление как однозначно существующие и мешающие работе явления. «Перенос» и «сопротивление» при децентрированной позиции помогающего практика могут не актуализироваться в работе вообще – или же, в случае актуализации, восприниматься не как препятствие, а как дополнительный ресурс и указатель (не)предпочитаемых направлений, определяемых в ходе работы клиентом и помогающим практиком.

Кроме того, консультационная, терапевтическая, интервизионная или супервизионная работа в малых сообществах, переплетенных тесными связями, часто фактически происходит между людьми, состоящими в отношениях помимо этого контекста – в силу того, что специфика запроса о помощи подчас затрудняет нахождение «полностью нейтрального» человека. Наш консультационный, интервизионный и медиационный опыт взаимодействия в русле нарративной практики с близкими (друзьями, коллегами, членами семьи по выбору) свидетельствует о том, что такое взаимодействие часто бывает обогащающим и создающим новые возможности: как в силу более плотного прописывания предпочитаемых историй значимых друг для друга людей, так и в силу более насыщенной работы с историей, которую помогающий практик знает не только со слов рассказчика, а также в силу отсутствия иллюзии нейтральности, которое помогает осознанности и более тщательной распаковке убеждений помогающего практика.

У нас есть представление, что формат работы с близкими предполагает иные терапевтические практики, чем традиционные, предоставляет в определенных областях возможности, не реализуемые в другом формате, предъявляет особые требования к технике безопасности и нуждается в большем осознании и описании, чем существующее.

Мы хотели бы пригласить вас обсудить это на нашей секции в формате общей дискуссии и создания на ее основе коллективного документа.

Видео.

 

Идентичность как палимпсест: нарративная археология.

Марат Хачатрян

Я предлагаю рассмотреть одну из категорий расспрашивания, которая относительно хорошо известна в нарративной практике. К ней, например, обращаются Джилл Фридман и Джин Комбс при работе с парами. Речь о так называемой relational self, или идентичности, созидаемой в отношениях. Считается, что подобный подход к идентичности противостоит доминирующим в модернистских концепциях идеям о цельной, стабильной и неделимой сущности, данной человеку от природы. Фридман и Комбс (вслед за философами-постструктуралистами) предлагают рассматривать идентичность как многоголосье, постоянно изменяющуюся и многообразную субстанцию – в первую очередь на примере отношений с другими. Мы демонстрируем разные версии себя, общаясь с коллегами по работе, клиентами, родственниками.

В связи с этим взглядом (и идеей о множественности идентичности в целом) у меня возникает множество вопросов.

  • Могут ли идентичности выстраивать отношения между собой?
  • Могут ли они сосуществовать в один момент времени?
  • Как разнообразные идентичности могут влиять на наши выборы, наше состояние и наши изменения?
  • Существуют ли идентичности за пределами нашего жизненного опыта? Можно ли создать идентичность? Можем ли мы управлять ими?
  • Чем может быть полезно исследование истории каждой из идентичностей?
  • Стоит ли в работе с разными идентичностями применять метафору «пятна света» (spotlight), распространённую при работе с «голосами», или же нам больше подходит образ «палимпсеста» — поверхности, на которой одномоментно проглядывают различные следы, версии человека?

Эти вопросы, ясное дело, не имеют верных ответов – как мне кажется, они могут помочь нам сориентироваться в собственной практике. Я озвучу свои размышления (буду ругаться Делёзом и приводить примеры из практики, если успею) и буду рад услышать ваши.

Расспрашивание с точки зрения множественной идентичности предлагает другой вариант упорядочивания и осмысления жизненного опыта по сравнению, например, со ставшим догматическим экстернализующим типом расспрашивания. Мы обсудим, в чём преимущества и недостатки подобного подхода, а также попробуем задавать подобные вопросы друг другу.

Этот мастер-класс может быть интересен тем, кто работает, индивидуально или в группе, с людьми, пребывающими в ситуации высокой неопределённости и испытывающими сложности с принятием решений; а также тем, кому интересно развивать свой инструментарий и находить новые ракурсы для рассмотрения привычных тем.

Смотреть видео.

Туман и досточки: куда ведет клиента нарративный практик.

Олеся Симонова, Аня Сильницкая

Кто решает, что делать во время нарративной сессии? Есть ли стратегия работы у нарративного практика?

Этот горячий вопрос мы хотим исследовать вместе с вами.  Мы хотим поделиться своими и чужими находками в этой области. Мы создадим условия для обмена идеями, и попытаемся вместе понять, как каждый из нас создает свой “план действий в условиях неопределенности». Нам интересны критерии выбора стратегии и использования различных методов работы, в том числе из иных подходов.

Нарративная практика в работе с внутренней гомофобией у светских и верующих ЛГБ.

Анастасия Науменко, Валерий Созаев

Внутренняя гомофобия – это неприятие гомосексуальным человеком собственной гомосексуальности. Это состояние порождает множественные проблемы для человека, которые могут проявляться в самодеструктивном поведении или эскалации гомофобной агрессии. Поскольку внутренняя гомофобия является следствием интериоризации негативной гетеросексистской идеологии, то инструменты нарративной практики, такие как деконструкция и экстернализация, являются наиболее удачными для работы с данной проблемой. На нашем воркшопе мы обсудим, как они работают, а также особенности работы с внутренней гомофобией с секулярными и верующими ЛГБ.

Видео.

Школьные истории.

Надежда Цыбульская, Олеся Симонова

Мы расскажем о своем опыте применения нарративной практики в школе, приведем примеры практической работы у нас и за рубежом. Для нас важно поддерживать нарративные ценности, и мы поделимся своими наработками в этой области. В своей работе мы успешно решаем задачи пересочинения историй. С нашей точки зрения работа наиболее эффективна при осмыслении на трех уровнях: личные истории, истории класса и истории школы. Любопытно обсудить вместе с вами сложности в работе и наши находки.

МОСТ как метафора перехода.

Ирина Мельникова.

Мой воркшоп  может быть интересен тем, кто работает с темой перехода: на новую работу, из юности в зрелость, из статуса «семья без детей» в статус «семья с ребенком»…

Я хочу поделиться методикой «Мост», которая родилась у меня благодаря вдохновению нарративной практикой и практике работы в школе.  В преддверии перехода из начальной школы в среднюю применение этой методики  позволило  снизить эмоциональную напряженность детей, родителей, педагогов; осмыслить возможные трудности и способы их преодоления, ресурсные стороны участников образовательного процесса. На мой взгляд, эту методику можно хорошо адаптировать, как для индивидуальной, так и групповой работы с клиентами в других ситуациях перехода.

В качестве знакомства с методикой мы можем построить свой персональный мост.

Видео.

Применение арт-методов при работе с детьми и подростками в нарративном подходе.

Анна Абраменко, Анастасия Великоцкая

Приглашаем на наш мастер класс, посвященный артметодам в работе с детьми и подростками. Артметоды – это не только рисование, это множество разных изобразительных средств, предметов, которые окружают нас в этом мире, а иногда и просто валяются под ногами. Мы расскажем (и покажем), как и что можно использовать для приглашения клиента к разговору, даже если это совсем малыш или неразговорчивый подросток.

Еще мы посовещались и решили пригласить к нам наших коллег – плюшевых терапевтов. Всем нам иногда важно поплакать в подушку, именно эту почетную обязанность берут на себя плюшевые терапевты. Основатель нарративного подхода Майкл Уайт доверял своим плюшевым коллегам самые сложные случаи в работе, и они прекрасно справлялись со своими задачами. У вас будет возможность познакомиться с нашими гостями, поговорить на волнующие вас темы и просто поиграть, и получить удовольствие от процесса.


Нарративный подход и Аутентичное движение: в чём резонанс двух практик?

Елена Гребенюк

Аутентичное движение – это практика, возникшая в середине 20 века через сочетание танцевальной импровизации и Юнгианского психоанализа. Базовая форма такова: есть Движущийся с закрытыми глазами, слушающий импульсы в теле и двигающийся от них (некая форма активного воображения в движении), есть Свидетель, который видит процесс. После они обсуждают этот опыт. При всей внешней простоте есть много нюансов в этом как дисциплине, и есть большая глубина, когда это регулярная практика.

Когда я познакомилась с ней, мне казалось, что это совершенно отдельный от нарративной практики пласт моей жизни – поскольку и по форме, и по методологии подходы очень разные. Я считаю так и сейчас, поэтому воркшоп – не про то, чтобы их смешивать.

Тогда про что и зачем? Спустя какое-то время я заметила, что такая двигательная практика очень обогащает моё понимание и нарративного принципа, и свидетельствования в нарративном подходе. Это буквальное их проживание. Поэтому хочу поделиться тем, что оказалось полезно для меня – познакомить с практикой и обсудить этот опыт в контексте нарративной терапии.

А ещё тут есть идея, что знать разные подходы и практики, особенно телесные – это полезно для того, чтобы во главу угла ставить не отдельный подход, а человека и то, что он собой воплощает.

 

Принципы нарративного подхода в корпоративном контексте.

Татьяна Новоселова

Приглашаю всех, кому интересно узнать и обсудить, как работают образы, метафоры и истории в работе на уровне структуры организации и отдельных сотрудников.  Так сложилось, что мы используем принципы нарративной работы в стратегических сессиях, карьерном коучинге и работе с предпринимателями. Знакомство с нарративной практикой «узаконило» наши эксперименты, появилась новая глубина, философские и методологические основания, которые теперь хочется развивать.

Мы будем делиться своими реальными примерами из практики, а также организуем общий процесс, из которого каждый сможет извлечь пользу для развития своей практики работы с клиентами и продвижения своего дела/бизнеса.

Мы работаем с бизнес-запросами компаний и частных клиентов – руководителей и владельцев бизнесов. Мы поделимся своим опытом на трех уровнях: 1) методология нашей работы с корпоративными клиентами – точки пересечения с нарративным подходом; 2) примеры из практики – работа с организациями на уровне структуры и на уровне человека, 3) упражнение для всех участников как живая иллюстрация нашего подхода.

Попытка работы с изменой на стыке нарративного подхода и подхода ориентированного на решение.

Екатерина Бурмистрова

(ждем подробное описание)

Проявление близости – фото-нарративный опыт работы с парами и семьями.

Юлия Малыгина, Анна Голубева

Что такое близость в отношениях, в паре, в семье? Какая она для вас? На что она похожа? В нашем недавнем фото-нарративном проекте с парами именно она оказалась в фокусе нашего внимания.

В каждой паре близость проявлялась по-своему. Порой ее проявления были настолько необычными и неожиданными для самой пары, и совсем не совпадающими с привычными глянцевыми образами «семейной идиллии», что вызывали искреннее удивление и глубоко затрагивали чувства всех участников процесса.

На нашем мастер-классе мы подробнее расскажем о своем опыте проведения фото-исследования с парами, состоящего из серии интервью и фото-сессий. И предложим вам самим исследовать, что такое близость для вас с помощью фото-нарративных практик. Для участия в мастер-классе не обязательно быть в паре или иметь семью. Мы полагаем, что близость – привилегия не только семейных отношений, это особое качество любых отношений с миром и, возможно, не всеми предпочитаемое.

Видео.

Все, что вы хотели узнать про терапевтический альянс с клиентом, но боялись у него спросить.

Виктор Богомолов

Согласно данным исследований, терапевтический альянс с клиентом влияет на результат терапии в 7-9 раз больше, чем выбранная модель работы или техники, применяемые терапевтом. В этой презентации я расскажу подробно про историю возникновения понятия терапевтический (рабочий) альянс, его современное понимание и почему этот концепт так важен для практикующих терапевтов. Вопросы, которые будут обсуждаться на мастерской: — Что такое терапевтический альянс? — Как можно его оценить? — Как можно его улучшить? — Что можно спросить у клиента и в какой момент? — Что все это даст для моей практики?

Видео.

Нарративная практика в работе с транссексуальным сообществом.

Антон Макинтош

Нарративная практика – инструмент для изменения своей личной истории, и как нельзя более она подходит для работы с людьми, которые вынуждены не в метафорическом, а в совершенно буквальном смысле переписать заново свою личную историю в предпочитаемом направлении – с людьми, которые проходят процедуру коррекции пола.

Сам процесс перехода сопряжен с переписыванием личной истории, и чем более успешен человек в ее переформатировании, тем успешнее происходит весь процесс и адаптация в новой жизни. По сути, именно с выстраивания предпочитаемой истории и начинается переход.

Однако, часто человеку с транссексуальностью сложно самостоятельно закрепиться в предпочитаемой истории, поскольку на момент осознания и принятия факта собственной принадлежности к полу, противоположному биологическому, аудитория предпочитаемой истории намного меньше, чем аудитория истории доминирующей, подавляющей предпочитаемую. Факты предпочитаемой истории часто бывают разрозненны и сознательно или бессознательно игнорируются окружением. Человек оказывается в ситуации, когда все вокруг «знают» и «видят» что-то другое, не то, что он из себя представляет.

Таким образом, помогающий практик может являться для такого человека внешним свидетелем, не вовлеченным в поддержание доминирующей истории. Помогающий практик может помочь собрать разрозненные, подавленные, вытесненные факты предпочитаемой истории, которой предстоит стать историей укрепляющей, поддерживающей, дающей силу и возможность отстаивать и выстраивать себя.


Фантастические герои, параллельные реальности и особенные миры. 

Люда Орел, Трикстер

ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ГЕРОИ, ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ, ОСОБЕННЫЕ МИРЫ: ВОТ ПРИХОДИТ К НАМ КЛИЕНТ, А МЫ ДАЖЕ НЕ ЗНАЕМ, ОН КОННЫЙ ИЛИ ПЕШИЙ

Мы хотим пригласить вас к обсуждению «необычных» идентичностей и способов осмысления жизни, которые используют или могут использовать наши клиенты. Как избежать «форматирования» клиента под какое-то свое видение реальности и создать условия, в которых наш собеседник сможет реализовать и укрепить собственный взгляд на мир?

Мы также подумаем о том, как может выглядеть конструирование идентичности вне контекста нарративной терапии. Как люди конструировали свою идентичность до встречи с нарративным практиком? Как соотносится идентичность, которую человек бы предпочел, с идентичностью, которая позволила ему выжить, к примеру, в контексте насилия?

Мы расскажем немного о своем опыте outdoor работы с анимешниками и примкнувшими (это в основном подростки), а также о более длительном консультировании/сопровождении людей с нестандартной гендерной (и иной) идентичностью, представителей БДСМ-сообщества, шаманов, магов, ведьм, провидцев, оборотней, нежити и даже «нормальных людей».

 

По следам европейской конференции. Джон Уинслейд «Время по Делезу».

Ксения Суханова

Я расскажу о так понравившемся мне выступлении Джона Уинслейда по поводу категории времени в терапевтическом контексте. Это одно из тех понятий, которое как бы имеется ввиду, однако напрямую не обсуждается во время нашей встречи с клиентом. Влияя на наш разговор, оно, тем не менее, оказывается в стороне от нашего осознания, в тени, как нечто «само собой разумеющееся». Попытки задуматься, вывести его из области бессознательного, научиться отдавать себе отчет в этом – вот, чему будет посвящен наш разговор. Время очень по-разному рассматривается в философских и психотерапевтических школах. Каким же его видим мы, когда задаем вопросы клиенту? Как представляем течение времени и «правильное» взаимодействие с ним? К каким поступкам и шагам таким образом направляем?

Видео.

Нарративный семейный клуб.

Анна Привезенцева, Ксения Суханова, Ирина Светличная

Идея клуба получила большую огласку в работах Майкла Уайта. Он говорил о важности поместить себя в центр такого сообщества, таких людей, которые поддерживают важные для нас идеи, могут служить опорой на нашем пути, помогать двигаться дальше. Мы подхватили эту идею, перенесли ее в семейный контекст – как построение некоторого сообщества семей, которые могут поддерживать друг друга, могут опираться друг на друга. Этот процесс крайне важен не только между семьями, но и между членами одной семьи. Как увидеть и научиться быть рядом, развиваться и принять возможное развитие другого, его непохожесть, и его отличия? Как научиться опираться друг на друга, черпать вдохновение не смотря на то, что мы все такие разные? Формат клуба полифоничен: в нашем клубе каждый выбирает свой маршрут, свои возможности, свою дорогу. Мы расскажем о нашей концепции и, конечно, немного попробуем в нем пожить.

 

Внимание ведущим: если вы проводили воркшоп и готовы опубликовать здесь какие-либо материалы, присылайте их по адресу fornarrativepractice@gmail.com